Ответ зависит от того, что следует из самого аята
Рассмотренные здесь научные примеры не доказывают, что Коран мог исходить только от Бога. Аят может согласовываться с открытием, не предсказывая его ясно и определённо. Аяты 21:30 и 51:47 допускают более широкие прочтения, чем описание современной космологии. А существование древних представлений о развитии ребёнка в утробе ставит под вопрос утверждение, будто до Корана никто не говорил о подобных стадиях. Само по себе это не доказывает ни ложности Корана, ни истинности христианства.
Для мусульман Коран — откровение Бога Мухаммаду. Аргументы о научных чудесах предлагают особое основание для этой веры: якобы текст содержит знания, недоступные его первым слушателям. Такое утверждение заслуживает честной проверки. При этом его нужно отличать от духовного смысла, который верующий видит в природе. Значимое для веры знамение не обязательно является научным предсказанием, однозначно указывающим на божественный источник. Совпадение может укреплять уже существующую веру, не становясь решающим доказательством; его убедительность всё равно зависит от альтернативных прочтений и способа отбора примеров.
Коран 21:30 и арабский комментарий ат-Табари · Коран 51:47 и арабский комментарий ат-Табари · Элсакаан и Лонго, «Развитие эмбриона в аятах Корана» (2016), с.921–938
Что считать предсказанием?
Допустим, древний текст описывает величественное небо. Знание астрономии может помочь читателю глубже оценить эти слова. Но если они одинаково подходят к неизменной Вселенной, расширяющейся Вселенной или просто огромному небу, они мало помогают выбрать между этими вариантами. Более сильное предсказание утверждает нечто, что оказалось бы ошибочным, если бы мир был устроен иначе.
Здесь связаны четыре вопроса. Существовала ли эта формулировка до открытия? Что она означает на языке оригинала и в своём контексте? Указывает ли она именно на это открытие, а не на правдоподобные альтернативы? Нельзя ли было получить предполагаемое знание из наблюдений или более ранних представлений? Формулы не обязательны: обычное предложение тоже бывает точным. И тексту не обязательно реально привести кого-то к открытию, чтобы содержать прежде незамеченное предсказание. Старые толкования помогают оценить ясность смысла, но не устанавливают его непогрешимые границы.
Такой подход позволяет избежать двух поспешных выводов. Древность текста сама по себе не делает его предсказанием, а толкование, предложенное после открытия, не становится из-за этого автоматически ложным. Нужно понять, содержится ли научная информация в самих словах или решающую деталь вносит толкователь, уже знающий ответ. Второй процесс называют ретроспективным сопоставлением, иногда — конкордизмом.
21:30: соединённые небеса и земля
В Коране 21:30 о небесах и земле употреблено слово ratq, за которым следует fa-fataqnāhumā: они были закрыты или соединены, а затем открыты или разделены. Далее аят связывает воду со всем живым и призывает слушателей к вере. Арабский текст излагает довод о Боге; отождествление этого разделения с Большим взрывом — отдельный шаг толкования.
Пиктхолл передаёт соответствующую часть Корана 21:30 так: «небеса и земля составляли одно целое, затем Мы разделили их» (наш перевод отрывка The Meaning of the Glorious Koran, 1930, с английского). Полный аят также упоминает воду и живые существа. Это слова, требующие толкования, а не научная модель, заданная самой цитатой.
В старых комментариях действительно есть разные объяснения. Ат-Табари приводит толкования о соединённых небе и земле, разделённых воздухом; о разделении на небеса и земли; об открытии неба дождём, а земли — растительностью. Он предпочитает последнее объяснение, поскольку далее говорится о воде и жизни. Поэтому идея физического разделения не является современным изобретением. Но и единственного космологического смысла тексту тогда не приписывали.
Современная теория Большого взрыва описывает раннюю горячую плотную Вселенную, которая расширялась и остывала. Сформировавшаяся планета Земля появляется в этой истории гораздо позже: речь не просто о разделении двух уже существующих объектов, неба и Земли. Это также не обычный взрыв в окружающем пустом пространстве. Допустимые научные объяснения должны согласовываться с наблюдениями, включая космическое расширение и реликтовое излучение — излучение, сохранившееся от ранней Вселенной. Наблюдения аппарата NASA WMAP позволяют составить карту небольших температурных различий в этом излучении. Такая карта представляет измеренные данные, а не фотографию сотворения.
Серьёзный мусульманский ответ учитывает возражение о Земле: выражение может обозначать то, из чего впоследствии возникли небо и Земля. Именно так рассуждает Умар Нассер, защищающий это толкование с позиций ахмадийской мусульманской традиции. Он не помещает нынешнюю планету в начало Вселенной. Такое широкое прочтение возможно, поэтому само замечание о позднем появлении Земли его не опровергает. Но эта же широта оставляет аят без конкретной информации, которая отличала бы современную космологию от других представлений о единстве и последующем разделении. Совместимость сохраняется; однозначное научное предсказание пока не установлено.
51:47: просторное небо или продолжающееся расширение?
Коран 51:47 содержит выражение wa-innā la-mūsiʿūn. Мухаммад Асад передаёт ключевые слова как «непрерывно расширяем его» — перевод его английской формулировки — и прямо связывает их с современным представлением о расширении Вселенной. Логика этого аргумента понятна: небеса не просто велики, их масштаб продолжает увеличиваться.
При этом старые свидетельства тоже нужно описывать точно. Ат-Табари объясняет выражение через способность и могущество творить, но также передаёт толкование о том, что Бог сделал небо просторным. Ибн Касир тоже говорит о просторе его областей. Было бы неверно утверждать, что все прежние толкователи понимали здесь только богатство или щедрость. Однако создать просторное небо и описать продолжающийся рост расстояний во Вселенной — разные утверждения.
Quranic Arabic Corpus определяет mūsiʿūn как действительное причастие — форму, описывающую действующего или его признак. Само это грамматическое название ещё не определяет время действия. В Коране 18:23 действительное причастие употреблено в высказывании о том, что будет сделано завтра. Сравнение не исключает продолжающегося расширения в 51:47. Оно показывает, почему одна грамматическая форма не может сделать такое толкование обязательным. По-прежнему нужны контекст и словоупотребление.
Поэтому мусульманин может защищать расширение как смысл, который прежние читатели не распознали полностью. Возражение не в том, что Бог никогда не мог бы говорить таким образом. Возможное божественное намерение ещё не является независимым доказательством того, что намерение действительно божественное. Нужно объяснить, почему именно этот смысл следует из слов убедительнее старых альтернатив ещё до того, как современное открытие подскажет его читателю.
Развитие в утробе: две крайности
Коран 23:12–14 переходит от глины к капле в надёжном месте, затем через ʿalaqa и muḍgha (комок) — к костям, облачённым плотью. Переводы описательных терминов различаются. Сведение ʿalaqa исключительно к сгустку крови игнорирует толкования, подчёркивающие прикрепление. Но и выбор современного биологического термина для перевода не доказывает, что арабский текст однозначно содержит именно это научное понятие.
В Коране 23:14 Пиктхолл передаёт часть последовательности так: «затем Мы сформировали из маленького комочка кости, затем облекли кости плотью» (наш перевод отрывка The Meaning of the Glorious Koran, 1930, с английского). Здесь видна формулировка одного переводчика; она не разрешает спор о значении терминов и не устанавливает соответствия современной анатомии.
Древнегреческая медицина уже обсуждала развитие до рождения. Несма Элсакаан и Микеле Лонго в исследовании 2016 года сопоставляют кораническую терминологию с греческими теориями, особенно с трактатом Гиппократова корпуса «О природе ребёнка». Они отмечают и сходства, и различия. В заключении зависимость одного текста от другого рассматривается как гипотеза, требующая дальнейшего изучения, а не как доказанное копирование.
Это различие важно для обеих сторон. Более ранние описания ставят под вопрос утверждение, будто до ислама стадии развития в утробе были совершенно неизвестны. Само существование этих описаний, однако, не доказывает их доступность в окружении Мухаммада. Сходство с Галеном или Гиппократовой медициной не показывает, что Мухаммад прочитал определённую книгу, услышал определённого учителя или прямо заимствовал отрывок. Различия тоже имеют значение: утверждать почти дословное совпадение было бы преувеличением. Это ограниченное сопоставление проверяет новизну описания; оно не решает каждый спор о соответствии современной анатомии или порядке образования тканей.
Применим ту же проверку к Библии
В Исаии 40:22 Бог изображён простирающим небеса, подобно завесе, и раскидывающим их, подобно шатру. Христианин может связать этот образ с расширяющейся Вселенной. Но сравнения понятны и без современной космологии. В контексте отрывок противопоставляет величие Бога малости людей и правителей. Он не уточняет, как расстояния между галактиками меняются со временем.
Исаия 40:22 описывает Бога как Того, «Кто простирает небеса, как завесу, и раскидывает их, как шатёр для обитания» (наш перевод отрывка World English Bible с английского). Здесь приведены сами сравниваемые образы; их отождествление с научным открытием ещё требует обоснования.
Было бы непоследовательно отвергнуть прочтение Корана 51:47 как описания расширения Вселенной за широту смысла, а затем объявить, что шатёр Исаии доказывает сверхъестественное предсказание современной астрономии. Оба утверждения нуждаются в одинаковой языковой и научной проверке. Это не стирает различия между книгами и не решает судьбу всех отрывков о природе в каждой из них. Такой подход лишь не позволяет желаемому религиозному выводу определять правила проверки.
Нельзя также обоснованно превратить список предполагаемых совпадений в счёт победы 75/25. Без определённого набора утверждений, способа учитывать ошибки и альтернативы и обоснованных вероятностей процент остаётся личным впечатлением, представленным как измерение. Несколько независимых сильных свидетельств могут подкреплять друг друга. Но несколько прочтений, подобранных под уже известные открытия, могут воспроизводить одну и ту же слабость толкования.
Конкретное основание исследовать христианское свидетельство
Следующий шаг — не объявлять Библию истинной потому, что один коранический аргумент слаб. Нужно рассмотреть свидетельства, которые христианство предлагает в пользу своего центрального утверждения об Иисусе. Конкретной отправной точкой служит Первое послание Павла к коринфянам, написание которого относят к 50-м годам н. э. В 1 Коринфянам 15:3–8 Павел передаёт принятое им сообщение о смерти, погребении, воскресении и явлениях Иисуса, называя среди тех, кому Он явился, Кифу и Иакова; в стихе 8 он добавляет собственное утверждение о явлении. В стихах 14–17 Павел прямо связывает состоятельность христианской веры с реальностью воскресения.
В 1 Коринфянам 15:3–4 Павел излагает принятое им послание: «что Христос умер за наши грехи согласно Писаниям, что Он был погребён, что Он был воскрешён на третий день согласно Писаниям» (наш перевод отрывка World English Bible с английского). Это конкретное христианское провозвестие, которое можно исследовать, а не независимое доказательство того, что описанное событие произошло.
Здесь исследователь получает нечто более определённое, чем сходство поэтической фразы с позднейшим открытием: раннего автора, конкретное утверждение, названных людей и указанное последствие, если событие не произошло. Послание свидетельствует, что проповедь воскресения уже существовала в раннем христианстве. Но это не собрание отдельно сохранившихся показаний всех названных Павлом людей, а раннее сообщение само по себе не доказывает чуда.
Тот же подход требует спросить, когда возникло свидетельство, откуда Павел знал то, о чём сообщает, как с его словами соотносятся другие источники и какое объяснение лучше учитывает их данные. Точные имена, места или титулы могут подтверждать знакомство автора с обстановкой; они не удостоверяют каждое событие и не доказывают божественное авторство всей книги. Сохранность текста, историческая достоверность и божественный авторитет остаются разными вопросами.
Для человека, сравнивающего ислам и христианство, это основание исследовать христианское утверждение по его собственным свидетельствам, а не отвергать его потому, что современный перевод Корана звучит научно. Другие исламские аргументы требуют отдельной проверки; полное сравнение доказательств двух религий здесь не проведено. Рассмотренные примеры не дают исключительного научного подтверждения, которое заранее решало бы выбор в пользу ислама. Они оставляют открытым для исследования центральный исторический вопрос: что лучше объясняет ранние свидетельства о том, что Бог воскресил Иисуса?